_life sequence_

Побывал на выставке кукол Саши Петровой из цикла "Урожай". В пресс-релизах говорят о новом виде искусства и "холодной роскоши", а вот меня в ее работах поразило детальное описание кошмара.  



( Еще 9 картинок )

Сухой остаток 2009 года в любимом из искусств.

Среди неожиданностей при составлении списка - попавший туда фильм Сколимовского. Показавшийся нарочито многозначительным при просмотре, впоследствии для себя обнаружил, что его образы прочно осели в моей памяти. Также, осознавая многие недостатки фильма Энтони Мингеллы, я просто не мог не включить его в свой список. Потому что пульсирующий Лондон и запутавшиеся  персонажи для меня лично оказались точным попаданием. Но это наверное единственный ярко биографический участник списка. 

Как выяснилось, Клода Шаброля можно называть французским Хичкоком не только из-за предполагаемой любви последнего к триллеру (хотя в действительности как авторы саспенса Хичкок с Шабролем стоят почти на противоположных полюсах), но из-за потрясающе большого количества качественной продукции, которую Шаброль сумел снять, не падая ниже определенного уровня. 

Еще за прошлый год я полюбил Иствуда.

В остальном, все также. Я намеренно не делал списка пока не закончился старый год, как всегда, надеясь, что может быть еще, даже 31 декабря я могу встретиться с новым опытом, ради которого я готов отрывать из своей жизни по два часа, прилипать к экрану компьютера, телевизора, кинозала, и надеяться на новое откровение. 

25. Breaking and Entering / Теряя и обретая (Энтони Мингелла, 2006)


( Read more... )

Отношения с жизнью никогда не бывают односторонними: если это любовь, то только взаимная. Нельзя с нелюбовью относиться к жизни и ждать любовных флюидов в ответ. Только тот, кто боится быть смешным, плюхается в лужу.

Петр Вайль "Гений места"

S.O.S.тояние
апатии
скуки



и продолжительный блогерский блок

В субботу ходил на выставку и перфоманс Сигитаса Станюнаса. Запах благовоний уже доносился на ступенях в саму галерею и полностью обволакивал тебя к моменту, когда ты оказывался в главной комнате, где свершалось действо. Благовония перебивали все: запах пота, духи, свежий воздух, при том, что во многих местах были открыты окна. Двое мужчин по краям комнаты играли эмбиент на протяжении всего получаса, пока я находился в галереи, не прекращая однообразной композиции. Две модели, от которых не требовалось постоянно быть на своих местах,  лениво прикладывались к стаканам с вином, а измазанный в краске Станюнас (белая рубашка была для эффектности), в трансе рисовал одновременно два портрета. Зритель был окружен со всех сторон: уши, глаза, нос - 3 зрительских чувства были вовлечены во время перфоманса художника.

В связи с этим подумал, что редко какой автор сегодня  может надеяться на узкую специализацию, если он хочет жить исключительно со своих произведений. Художнику более недостаточно быть художником, он должен быть мастером по инсталляциям, писателю недостаточно быть писателем - он должен быть трибуном и так до бесконечности. Функция автора должна множиться, поскольку одна стезя уже недостаточно, чтобы быть замеченным. Зрителя надо удивлять. В идеале - ошеломлять.

Ипостаси автора настолько размножились, что порой перестаешь понимать, что же ты, к примеру, читаешь, произведение или его репутацию, ведь писатель был очень хорошим знатоком общественных связей. Нам недостаточно просто прийти в галерею современной живописи, монтаж из запахов и музыки уже обязателен, иначе мы можем, как-то не так все понять. Когда мы говорим, что любим одного или другого автора, то какую же все таки его ипостась мы выбираем? Ту что рисовала или ту, что организовывала? Или ту что говорила? Время конечно рассудит, но ждать бывает нестерпимо скучно.

Вот уж, вечные темы читаются по-новому.